· Главная
  · Прислать новость
  · Лучшее
  · Архив новостей
  · О проекте и авторах
  · Работа
  · Написать нам
  · Рекомендовать нас
  · ЧАВО
  · Поиск
  · Ссылки


  · Лев, Колдунья и Ко
  · Актеры
  · Команда
  · Интервью
  · Ваши Рецензии



  · Как читать?
  · Биографии героев



  · Биография
  · История Хроник
  · Льюис и Инклинги



  · Скачать!
  · Галерея
  · Опросы
  · Narnia Icons


  · Форум сайта
  · Дневники



87 гостей и 0 пользователей.

Вы Анонимный пользователь. Вы можете зарегистрироваться, нажав здесь.







День Рождения К.С. Льюиса.
Разместил 29/11/2010
Сегодня - День Рождения К.С. Льюиса.
Думаю, лучший способ вспомнить Мастера - прочитать что-то из им написанного.
Предлагаем почитать "Развенчание власти" (предоставила Yasnaya) и ещё "Рождество и торжество" (предоставил Omega). На всякий случай, даём пояснение: "Развенчание власти" - это рецензия К.С. Льюиса на трилогию "Властелин Колец" Дж. Р. Р. Толкиена.
Для чтения нажмите на "подробнее...".




Клайв С. Льюис

РАЗВЕНЧАНИЕ ВЛАСТИ

Перевод Д. Афиногенов.


Рецензируя первый том «Властелина Колец», я едва смел надеяться на то, что книга будет пользоваться у читателей успехом, которого, по моему мнению, она безусловно заслуживала. К счастью, мои опасения не сбылись. Уже опубликованы и второй, и третий тома. Однако среди хора восторженных поклонников слышны и голоса критиков, утверждающих, что автор «Властелина Колец» делит своих персонажей на две категории: для него существует только белое и черное, третьего не дано. Мне хотелось бы ответить этим критикам. Вспомните хотя бы эпизод в конце первого тома, вспомните, как сражается с самим собой Боромир, и вы поймете, что ваши утверждения безосновательны. Вспомним и еще один эпизод, из второго тома. «Как в такие дни поступать и не оступаться?» — «Да как обычно, — отвечал Арагорн. — Добро и зло местами не менялись: что прежде, то и теперь, что у эльфов и гномов, то и у людей». Вот основа толкиновского мироздания. Полагаю, некоторые читатели, подметив это четкое разделение на белое и черное, вообразили, что речь идет о делении на белых и черных людей. Как на шахматной доске: есть черный слон и есть слон белый, и передвигаться они могут лишь по клеткам «своего» цвета. Но второй и третий тома «Властелина Колец» должны переубедить и таких читателей. Все смешалось, все перепуталось; нынешние изменники поначалу руководствовались благими намерениями, а героическая Ристания и доблестный Гондор, оказывается, также тронуты порчей, разъевшей Мордор. Даже несчастный Смеагорл, при всей его злобе и коварстве, не лишен доброты. Трагический парадокс — окончательно переступить грань между добром и злом Смеагорла вынуждают необдуманные слова самого, пожалуй, бескорыстного и самоотверженного из персонажей Толкина. «Властелин Колец» состоит из трех томов, в каждом томе по две книги. Это — своего рода архитектурное сооружение, величественное и одновременно изящное, воздушное. Первая книга вводит читателя в повествование и закладывает сюжет. Во второй книге сюжет развивается, «обрастая» историческим материалом. Дальше все меняется. Третья и четвертая книги повествуют о судьбе вынужденно разделившихся Хранителей на фоне противоборства куда более могущественных сил. К основной линии сюжета читателя возвращают в пятой книге и в начале шестой (вторая половина последней, естественно, подводит итоги). Но нам ни на миг не дают забыть о том, что судьба Хранителей неразрывно связана с судьбой мира как такового. С одной стороны — кровопролитная война, топот копыт, пение горнов, лязг стали о сталь. С другой — двое крохотных хоббитов, изможденных и изнемогших, крадущихся, точно мыши по груде шлака, по вулканическим сумеркам Мордора. И мы твердо знаем, что судьба мира зависит куда больше от этой пары, нежели от сталкивающихся в битвах армии. Это — мастерский сюжетный ход, стержень, важнейшее звено, благодаря которому «Властелин Колец» заставляет сопереживать персонажам, восхищаться ими, а иногда над ними и посмеиваться.
Что касается сюжета, его ни в коем случае не следует оценивать в той снисходительно-насмешливой манере, в какой привыкли выражать свои мысли специалисты по «подростковому чтиву». Сюжет «Властелина Колец» суров и трагичен: нарастающая тревога, страшное бремя Кольца, неотвратимое превращение обыкновенного хоббита в героя, причем в обстоятельствах, когда одинаково глупо надеяться на славу и бояться бесчестия. «Отвлечения», то есть ответвления от основной линии, спасают читателя: не будь их, накал страстей, возможно, оказался бы чересчур велик.
Я вовсе не хочу сказать, что эти «отвлечения» играют исключительно вспомогательную роль. Они — равноправная часть повествования. Чего стоит хотя бы петушиный крик над осажденным Гондором! Перечислять великолепные находки Толкина можно сколь угодно долго; я ограничусь упоминанием о двух, совершенно различных. Итак, первая находка — это, как ни удивительно, реализм. Война у Толкина до боли напоминает войну, пришедшуюся на молодость моего поколения. Все то же: бесконечное движение без цели и смысла, зловещая тишина перед битвой, «когда все замерло в ожидании», беженцы, крепкая мужская дружба, напускное веселье, бравада — и отчаяние, загнанное вглубь, и такие подарки небес, как целый бочонок доброго табака, «спасенный» из развалин... Автор в другом месте прямо говорит, что его привязанность к сказкам обрела зрелость во время воинской службы; вот почему мы вправе сказать о батальных сценах во «Властелине Колец» (цитируя гнома Гимли): «Отличные скалы! Вообще крепкие ребра у здешнего края». Вторая же находка состоит в том, что никакой персонаж — никакой народ! — не вставлен в текст только ради сюжета. Нет, все они здесь по праву; их следовало бы создать просто потому, что они добавляют «вкусности». Иной автор (найдись таковой, паче чаяния) посвятил бы тому же Древню книгу целиком. Ведь глаза Древня «переполнены памятью несчетных веков и долгим, медленным, спокойным раздумьем». Имя Древня росло вместе с ним на протяжении веков, и ныне он уже не в силах произнести его, ибо на это уйдет слишком много времени. Когда Древень узнает, что они с хоббитами беседуют на горе, мы слышим жалобы: «Слово-то какое коротенькое, а она ведь здесь стоит спокон веков».
Не знаю, можно ли рассматривать Древня как «портрет художника в юности»; но если бы он услышал, что некоторые ныне отождествляют Кольцо Всевластья с водородной бомбой, а Мордор — с Россией, он, по-моему, вновь стал бы жаловаться на «торопливость». Интересно, как долго росли Древень и мир Древня? Навряд ли так же быстро, как современные, государства меняют своих «врагов общества номер один»; навряд ли так же быстро, как современные ученые изобретают новые виды вооружений. Когда Толкин приступил к работе над «Властелином Колец», ядерных бомб не было и в помине; а ныне Мордор — в осовремененном облике — маячит у наших берегов. Но из толкиновского текста ясно следует, что Саурон вечен: война Кольца — лишь звено в поистине бесконечном ряду подобных войн. Пока нам хватает мудрости, и мы боимся бесповоротного торжества Саурона, когда «не станет больше песен». Но снова и снова приходят подтверждения тому, что «повеет страшным ветром с востока... и от лесов ничего не останется». И, победив в очередном сражении, мы не должны забывать, что эта победа — не окончательная. Тому, кто во всяком литературном произведении ищет мораль, нужно искать ее именно здесь: в отказе от безудержного оптимизма, равно как и от черной безысходности, во имя проникновения в суть человека — в ту неизменную суть, которую прославили героические эпохи. Тут особенно ощущается духовное родство «Властелина Колец» со скандинавскими сагами: бьют не иначе как молотом, но с состраданием.
«Но почему, — спросят меня, — почему, если вам хочется высказать серьезные соображения о человеческой природе, о реальных людях, почему необходимо для этих целей придумывать некую фантастическую страну, страну-небывалию?» Потому, отвечу я, что для Толкина наша реальная, повседневная жизнь имеет героический, даже мифический оттенок. Обратите внимание на то, как он обрисовывает своих персонажей. В реалистическом произведении потребовалось бы «описание характера», а Толкину достаточно назвать своего персонажа эльфом, гномом или хоббитом, и все становится ясно. Вымышленные существа доступнее и «прозрачнее», нежели подлинные люди; проще разглядеть, что у них внутри. А что касается человека в целом, человека как части вселенной, разве можно познать его до тех пор, пока он не предстанет перед нами в облике героя сказки? Во «Властелине Колец» ратник Эомера «зеленую траву» противопоставляет «легендам», точно сны — яви. На что Арагорн отвечает: «Бывает, что не различишь... Ты говоришь, по зеленой траве? Вот тебе и сказка средь бела дня!» Ценность мифа заключается в том, что он возвращает всему окружающему ту смысловую насыщенность, которая скрыта от глаз людских «завесой обыденности». Ребенок с удовольствием уплетает мясо, представляя, что это бизон, только что подстреленный из лука; обычной же говядцны ему вовсе не хочется. И этот ребенок мудрее многих взрослых. «Окунувшись» в вымысел, мясо словно сделалось более сочным, более, если позволительно так выразиться, настоящим. Если вам надоел привычный пейзаж, взгляните на его отражение в зеркале. Торя пути в страну мифов, унося туда с собой хлеб, яблоки, серебро и золото, уводя лошадей и собак, мы вовсе не убегаем от реальности. Наоборот — мы открываем ее для себя заново. Пока наша память хранит образы персонажей книги, реальные вещи видятся зримее, отчетливее. «Властелин Колец» уносит в миф не только яблоки и золото; эта книга мифологизирует добро и зло, бесчисленные опасности, подстерегающие людей на каждом шагу, наши тревоги и радости. Сквозь миф мы видим их гораздо резче. Не думаю, что Толкин мог написать свою книгу иначе.
«Властелин Колец» слишком оригинален и слишком глубок, чтобы выносить по его поводу окончательное суждение, да еще после первого и единственного прочтения. Но мы сразу понимаем: эта книга что-то с нами сделала. Мы стали иными. И хотя нам приходится себя ограничивать — ведь прочесть все попросту невозможно, жизнь чересчур коротка, — я нисколько не сомневаюсь, что со временем «Властелин Колец» окажется среди тех книг, не прочесть которые нельзя.

К. С. ЛЬЮИС

РОЖДЕСТВО И ТОРЖЕСТВО
(Утерянная глава из Геродота)

Перевод Елены Ваниной-Хеннес.


…А на противоположной стороне океана, по направлению к северу и западу, простирается остров по имени Яинатирб, по размеру и очертаниям – если верить Гекатею – сходный с Сицилиею; я же полагаю, что он обширнее, хотя нисколько не погрешит тот, кто назовет его треугольным. Он сплошь заселен людьми, по одежде своей мало чем отличающимся от других варваров, населяющих северо-запад Европы, хотя и говорящими на отличном от них наречии. Среди жителей данного острова, превосходящих представителей всех остальных известных нам народов терпением и выносливостью, бытуют следующие обычаи.
В середине зимы, когда дожди и туманы резко учащаются, они справляют праздник под названием «Торжество» и в течение пятидесяти дней тщательно готовятся к нему следующим образом: во-первых, каждый гражданин обязуется послать каждому из своих сродников и друзей прямоугольный кусок твердого папируса с отпечатанною на нем картиною, именуемой на островном наречии «праздничной открыткой» (otkrytki – В оригинале и переводе написано греческими буквами - ред.). Картины же сии живописуют то птиц, угнездившихся на ветках, то деревья, покрытые темно-зеленою колючею листвою, то дома с заснеженными кровлями, а то и людей, облаченных в наряды подобные тем, что, по утверждению яинатирблян, носили их предки лет двести назад и разъезжающих в колесницах, подобных тем, в коих ездили их предки. Но сами яинатирбляне отказываются поведать что бы то ни было о связи между этими изображениями и их Торжеством, храня при этом, как я полагаю, некую священную тайну. А поскольку посылать открытки обязаны все, торжища забиты толпами желающих их купить, из-за чего в те дни повсюду воцаряются великая печаль и томление духа.
Купивши же необходимое, по их мнению, число открыток, туземцы возвращаются к себе домой и находят там подобные оным прямоугольные куски папируса, присланные их сродниками и друзьями. Те из них, что были отправлены лицами, коим и они, в свою очередь, уже успели таковые отправить, островитяне с облегчением выбрасывают, благодаря богов за то, что труд сей, наконец , завершен и не возобновится, по крайней мере, до следующей зимы. Но если, паче чаяния, среди вороха открыток вдруг обнаружатся те, что были получены ими от лиц, коим сами они открыток почему-либо не послали, туземцы со стенанием бьют себя в грудь, проклиная отправителей оных; затем, вдоволь оплакавши злосчастную свою судьбу, вновь надевают сапоги и погружаются в туман и снегопад в поисках недостающих открыток.
Однако довольно об открытках.
Островитяне также посылают друг другу подарки, претерпевая при этом то же томление духа, что и при покупке открыток – разве что еще горше. Ибо каждый гражданин острова обязан заранее угадать цену того подарка, который пошлет ему каждый из его друзей, с тем, чтобы послать ему подарок той же цены – вне зависимости от того, может ли он себе это позволить или нет. В качестве подарков друг другуони покупают такие вещи, который любой их них счел бы за безумие купить себе самому – ибо продавцы, пользуясь обычаем, выбрасывают на прилавок последнюю дрянь, и вся та смехотворная и бесполезная безвкусица, которую в любое другое время года продать было бы просто немыслимо, теперь подается как «подарок к Торжеству». И хотя, по признанию яинатирблян, они страдают от недостатка металла, кожи, древесины и папируса, поистине неимоверное количество этого сырья тратится ежегодно на изготовление подарков.
В каждый из упомянутых нами пятидесяти подготовительных дней самые старые нищие и жалкие из граждан приклеивают себе фальшивые бороды, облачаются в красные платья (личина, под которую, как я полагаю, скрывается бог Кронос) и расхаживают в этом наряде по торжищам. Продавцы же подарков , не менее, нежели покупатели оных, выглядят бледными и утомленными по причине многолюдных толп и тумана, так что любой путешественник, забредший случайно в какой-либо яинатирбский город в это время года, мог бы подумать, что остров постигло некое великое всенародное бедствие. На варварском языке туземцев эти подготовительные пятьдесят дней называются «Суматохой» (sumatoha).
Когда же наконец наступает долгожданный день праздника, большинство граждан, утомленные Суматохой, спят до полудня. Вечером они съедают на ужин в пять раз больше яств, чем в обычные дни и, увенчав себя папирусной короной, вдрызг напиваются. На утро же дня, следующего за Торжеством, они выглядят чрезвычайно подавленными, страдая от несварения желудка по причине столь обильного ужина и тяжкого похмелья, и подсчитывая в уме суммы, истраченные на подарки и вино. Ибо вино в Яинатирбе ценится столь высоко, что для того, чтобы напиться допьяна, надобно поглотить его в количествах, соответствующих одному таланту.
Таковы вкратце туземные обычаи, связанные с Торжеством. Есть, однако, среди яинатирблян и такие, хотя их немного, что справляют в этот день, отдельно от остальных и в своем узком кругу, свой особый праздник под названием «Рождество». И те, кто празднует Рождество, делают совершенно обратное тому, что делает большинство островитян, справляющих Торжество: они встают рано поутру с сияющими лицами и еще до восхода солнца отправляются в свои храмы, дабы там приобщиться к священному празднеству. В большинстве храмов в этот день выставляются изображения Прекрасной Жены с новорожденным Младенцем на руках, и с некими животными и пастухами, поклоняющимися Младенцу (Содержание этих изображений излагается в некоей священной истории, которую, хотя она мне и известна, повторять здесь мне не представляется необходимостью).
Однако же, беседуя со жрецом одного из этих храмлв, я спросил его о причине празднования Рождества и Торжества в один и тот же день, ибо мне это казалось чреватым неудобствами. «Не леть нам, о чужестранче, менять времени Рождества, -ответствовал он. - Но как бы я желал, дабы Зевс вразумил яинатирблян праздновать их Торжество в некий иной день, или же отнюдь не праздновать оного. Ибо Торжество и Суматоха отвлекают умы даже немногих избранных от созерцания Священного. Что же до увеселений, то можно лишь порадоваться, что люди веселятся на Рождество. В Торжестве же веселья не осталось – одна печаль и томление духа». Когда же я спросил, что заставляет его сограждан мириться с Суматохой, он, вздохнув, ответствовал:»Сие, о чужестранче, «рэкет» нарицается», пользуясь при этом, как я полагаю, языком некоего священного оракула и по этой причине выражаясь невразумительно. (Ибо тем же словом «рэкет» варвары-туземцы обозначают дощечку, используемую ими при игре под названием «теннис».
Что же до утверждения Гекатея, согласно которому Торжество и Рождество – это одно и то же, то оно решительно не заслуживает доверия! Ибо, во-первых, изображения на открытках, приурочиваемых к Торжеству, не имеют ничего общего с той священной рождественской историей, о которой рассказывают жрецы. А во-вторых, большая часть островитян, нисколько не разделяя веры своих немногочисленных сограждан, тем не менее рассылает подарки и открытки, участвует в Суматохе и напивается, нахлобучив на голову папирусный колпак. Но мыслимо ли, чтобы кто бы то ни было – хотя бы и варвар – согласился претерпевать столь тяжкие страдания и невзгоды ради бога, в существование которого он нет верит?
Здесь, однако, мы считаем нужным прервать наше повествование о Яинатирбе.

 
Логин
n
Логин

Пароль

Не зарегистрировались? Вы можете сделать это, нажав здесь. Когда Вы зарегистрируетесь, Вы получите полный доступ ко всем разделам сайта.

Связанные ссылки
n
· Больше про Все о Клайве Стейплзе Льюисе
· Новость от Cokol


Самая читаемая статья: Все о Клайве Стейплзе Льюисе:
Ровно 120 лет назад родился Дж. Р. Р. Толкин.


Рейтинг статьи
n
Средняя оценка: 5
Ответов: 1


Пожалуйста, проголосуйте за эту статью:

Отлично
Очень хорошо
Хорошо
Нормально
Плохо


опции
n

 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу


Связанные темы

Новости сайта

"День Рождения К.С. Льюиса." | Создать Акаунт | 0 Комментарии
Спасибо за проявленный интерес

Вы не можете отправить комментарий анонимно, пожалуйста зарегистрируйтесь.
    Сегодня


Логин

Пароль

Не зарегистрировались? Вы можете сделать это, нажав здесь. Когда Вы зарегистрируетесь, Вы получите полный доступ ко всем разделам сайта.






n




Добро пожаловать, Гость
Логин
Пароль
(Регистр)
Зарегистрировались:
Последний: suiyuanba
Сегодня: 0
Вчера: 0
Всего: 2570

Посетителей онлайн:
Гостей: 87
Членов: 0
Всего: 87


Понравился ли Вам фильм "Покоритель Зари"?

Да! Мой восторг не знает границ!
Да, понравился.
Да. Но могли бы снять и получше.
Нормальное фентезийное кино, не более того.
Фильм так себе, но игра некоторых актёров радует.
Мне всё равно. Просто актёров этих люблю.
Не готов ответить - надо пересмотреть фильм.
Не понравился. Но детям, понравиться может.
Нет, не понравился.
Фильм отвратительный, жалею о деньгах и времени.



Результаты
Другие опросы

Ответов: 2735
Комментариев: 4


Сегодня новых статей еще не было.



Архивы Средиземья

Гарри Поттер для русских

Powered by PHP-Nuke

The Narnia Fansite.Com

The One Lion

HP Christmas

Lib.Ru

PozitiF.com

добавить/еще?



Купить на Озоне

The Chronicles of Narnia (3 disc set) Narnia DVD

Хроники Нарнии - Аудио CD Аудио CD

Хроники Нарнии Хроники Нарнии

Пока мы лиц не обрели Пока мы лиц
не обрели

Дж. Р. Р. Толкин. Хоббит, или Туда и обратно. К. С. Льюис. Племянник Чародея. Л. Ф. Баум. Страна Оз Сборник романов

искать еще



дискламер | контакты | рекомендовать | наполнение © 2004-2007 NarniaNews.RU | дизайн © 2005-2007 FiniteIncantatem.Networks

You can syndicate our news using the file backend.php or ultramode.txt
PHP-Nuke Copyright © 2006 by Francisco Burzi. This is free software, and you may redistribute it under the GPL. PHP-Nuke comes with absolutely no warranty, for details, see the license.
The Russian localization - project Rus-PhpNuke.com
Открытие страницы: 0.51 секунды
The Russian localization - project Rus-PhpNuke.com